В верх страницы

В низ страницы

St. Ajora Private School

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » St. Ajora Private School » Сюжетные эпизоды » Dance of Pearls


Dance of Pearls

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://images.animost.net/animg%2Fimages%2F10%2F29548-blush-bubbles-flyable_heart-game_cg-itou_noiji-katsuragi_syo-seifuku-shirasagi_mayuri.jpg
Эта история случилась чуть больше десяти лет назад: по неизвестным мотивам была убита младшая дочь директрисы частной школы — Айора. Горюющая женщина велела запереть комнату девочки, оставив все ее вещи на своем месте и строго-настрого запретила вскрывать замок и вообще даже приближаться к той самой комнате, которая находится на чердаке. Айора всегда хотела быть ближе к небу, поэтому по ее индивидуальному капризу там организовали пригодную для жизни комнату «маленькой принцессы». Чердак также стал закрыт для посещения и проникнуть туда кроме как запертой двери было нельзя. Но... Что есть ключ от него при загадочных обстоятельствах окажется у одной из учениц и она в сопровождении с несколькими знакомыми решит посетить ту самую запертую комнату, в которую уже много лет никто не входил?...
• Дата: 9 апреля.
• Время: 12:00 - 16:00 ориентировочно.
• Легкий дождик за окном, пасмурно. Ветра практически нет.
• Место действия: частная школа Св. Айоры.

«DANCE OF PEARLS»


Erika Gilmore / David Gilmore

+1

2

- Эй! Чего нос повесил?

Одноклассники, гудя, как пчелиный рой, покидали класс. Последний урок благополучно закончился, и теперь, наконец-то, у Эрики появилась возможность продемонстрировать свою находку кузену. Это было решительно невозможно сделать раньше - все перемены Дэвид продрых с настолько суровым видом, что, казалось, будет убивать любого, кто потревожит его кратковременный покой. Обед, следуя народной мудрости, она разделила с друзьями, которые в данном случае, увы, были совершенно бесполезны. Легкомысленную Луну куда больше волновали высокие материи, нежели безопасность; прилежная умница Лили наотрез бы отказалась и проела бы плешь необходимостью вернуть находку куда следует. Остальных же Эрика даже не рассматривала как спутников для такой рисковой затеи.
Оставался только Дэвид. Эрика могла бы отшутиться, дескать, он-то пацан, его не жалко, но и сама прекрасно знала, что надежнее кузена спутника за границу предписанных школой правил у нее не было.

- Я тебе кое-что покажу, тебе понравится!

Находка приплыла в руки Эрики совершенно случайно. Перед уроками она спешно заскочила в библиотеку и чуть было не опоздала, пока пыталась слиться с книжным стеллажом, дабы не смущать милующихся за соседней полкой третьеклассников. Когда до начала оставалось всего ничего времени, которого едва ли хватило бы на то, чтобы быстро добраться до класса, она стала искать пути отступления. Пришлось делать крюк через дальний и темный угол, который, судя по некоторой запыленности, не пользовался особой популярностью у посетителей библиотеки. Находка словно бы зазывно краешком высовывалась из угла между книгой и полкой. И кто бы в здравом уме прошел мимо?

На урок она, кстати, успела.

- Тада-ам! - Эрика разжала ладонь. В руке у нее лежал массивный тяжелый ключ, чуть подернутый ржавчиной, и совершенно не похожий на небольшие блестящие ключи с пластиковыми бирками, которыми пользовались в школе сейчас. Впрочем, и к находке был приспособлен небольшой кусок потрепанной временем материи, на котором еле-еле можно было разобрать выведенные аккуратным почерком буквы.

"Чердак"

- Я нашла ключ от чердака, - Эрика перешла на заговорческий шепот, глаза ее восторженно блестели, а весь вид выражал чистейший восторг. Немудрено, в конце концов, этого момента ей пришлось ждать весь день, бросая нетерпеливые взгляды на Дэвида (еще более нетерпеливые, чем обычно; взгляд почему-то раз за разом сам упорно цеплялся за его черноволосую макушку), - Бабушка, если помнишь, говорила, что вход туда закрыли еще при ней.

Абсолютно все знали, что в школе "когда-то, кажется, кто-то умер". В свою очередь, Эрика, благодаря бабуле, знала, что не кто-то, а дочь той, старой директрисы. И не просто умерла, а была убита. Никаких подробностей, но все равно чуточку больше, чем было известно остальным. Впрочем, с несведущими учениками Эрику роднило то, что, как и прочих, эта история ее совершенно не заботила. Даже сейчас ее в первую очередь будоражила возможность стать первой посетительницей запретной комнаты за несколько десятков лет.

- Бабуля, если помнишь, очень просила папу, и твоего тоже, передать новой директрисе, чтобы комнату наверху не трогали, - Эрика с еще более самодовольным видом спрятала ключ в сумку, - Так что давай-ка я сбегаю за камерой, а ты прикинешь, что можешь сделать со своими офигенно важными планами, если они у тебя конечно есть. И мы тихонечко сходим туда и посмотрим, не будем ничего трогать, просто посмотрим, а? Ну, может, я пощелкаю чего только, и все.

Поток одноклассников уже рассеялся, вслед  за ними по своим учительским делам ушли учителя, и в опустевшем коридоре остались только Эрика и Дэвид. Взгляд девушки скользнул по хмурому небу за окном, а потом опять остановился на лице кузена.

- К тому же, под вечер, вроде бы, обещали дождь. Даже если кто услышит, как мы там ходим, все подумают, что это просто очень крупные капли дождя, - Эрика хихикнула так же тихо, как и говорила, - Ну так что, пойдешь? Пошли-пошли-пошли, это будет весело!

Отредактировано Erika Gilmore (2017-02-04 16:16:12)

+2

3

Последние несколько минут до звонка Дэвид поглядывал на часы искоса и почти требовательно. Он бы не был так раздражён, но телефон сел, а как-то воспринимать математику без музыки просто невыносимо. Причём сел телефон очень предательски, ещё на первых занятиях. Дэвид был ну очень недоволен собой, что допустил такой поворот событий. С миной чернее тучи он сжимал время ленивой дремотой на переменах, от которой, по правде, становилось только хуже. Так что Дэвид не столько повесил нос, сколько злобно смотрел исподлобья на окружающую действительность и ждал чуда. Душа требовала ну хоть какой-то встряски.

Звонок прозвенел. Мгновенно образовался хаос галдящих наперебой тел, торопливо собирающихся куда-то по своим делам. За ними, лениво потягиваясь, поплёлся и Дэвид, мысленно пребывая где-то в себе. Из глубин сознания его выдернул знакомый голосок. Он хотел встряски - встряска сама его нашла в лице Эрики. По привычке Дэвид бросил на кузину хмурый взгляд, но в лице её было что-то настолько светлое и полное жизни, что он на мгновение даже смутился, поспешно отвёл глаза и снова взглянул на Эрику, уже теплее.
- Ну давай, что там у тебя?

Он, конечно же, слышал зловещую историю про школу до закрытия, чердак, дочь директрисы и убийство при невыясненных обстоятельствах. Но особо не вникал. Мало ли фальшивых подробностей может всплыть у такой истории среди учеников. Конечно, можно было бы заморочиться, замучить вопросами бабушку, пролезть в архивы, но всё как-то не до того. Но тут такой-то случай! Вот она, желанная встряска, прямо перед ним, лежит в сестринской ладошке. Рисковать дисциплинарным взысканием, нарушая одно из местных незыблемых, догматических правил. Дэвид же не идиот, чтоб соглашаться. Пролезть туда, где никто из учеников ещё не был, иметь шанс узнать что-нибудь из загадочного прошлого школы, побыть в тихом тёмном месте наедине с Эрикой в конце-то концов. Дэвид же не полный идиот, чтоб отказываться. К тому же на сегодня у него не запланировано никаких дел, а весь вечер слушать нытьё Кима о том, как в комментариях на его многочисленных страничках кто-то неправ, и кругом тролли-завистники - предельно тоскливое занятие.

- О да, детка. Я в деле. Мой офигенно важный план будет докурен прежде, чем мы войдём в комнату, и это будет незабываемо. Беги за камерой, встречаемся здесь же через двадцать минут.
Если бы Дэвид мог отдавать себе отчёт, насколько засверкали энтузиазмом его глаза, ему мгновенно стало бы стыдно за излишнюю живую эмоциональность. Но он отчёта себе не отдавал. Уж слишком интересные перспективы. Да, будет реально весело.

Отредактировано David Gilmore (2017-02-06 00:12:47)

+2

4

- Заметано! - плохо скрываемый энтузиазм, с которым Дэвид отреагировал на предложение Эрики, заставил ее саму заулыбаться в ответ еще шире, - Иногда ты почти возвращаешь мне веру в мужчин, хе-хе! Ладненько, я побежала, одна нога тут, другая там! И ты не задерживайся слишком, а то пойду одна, будешь знать, как клювом щелкать.

Растрепав кузену на прощание волосы, жутко довольная, Эрика на пружинящих от радости ногах поспешила в свою комнату. Усталости от неприлично затянувшихся уроков словно бы не бывало, сердце задорно отплясывало в груди, а щеки, судя по отражению в оконном стекле, зарделись. В тучах над ней кто-то, похоже, проделал сквозное отверстие, а в макушку как будто приятно светило летнее солнышко. Сердце, казалось, пропустило удар, когда в памяти вновь всплыл горящий интересом взгляд Дэвида, устремленный прямо на нее, но Эрика, спохватившись, остановилась, резко мотнув головой. Возможность аккуратненько вломиться в пустовавшую несколько десятилетий комнату, конечно, была великолепна, но к чему так бурно реагировать? Эрика еще раз всмотрелась в свое отражение, вздохнула и пошла дальше. Восторг поутих, но ощущение словно бы следующего за ней солнечного луча не оставило. О, это явно будет хороший вечер!

Путь до комнаты в общежитии занимал совсем немного времени, а сейчас, когда возможность оторваться от земли и взлететь не казалась фантастической, дорога и вовсе была преодолена рекордно быстро. Скинув сумку, крутанувшись пару раз вокруг себя и хихикнув от все того же неясного, но очень светлого чувства (благо, соседок сейчас не было), Эрика перепрятала ключ в карман и перекинула через плечо чехол с камерой. Остановившись перед зеркалом, она повертелась, так и сяк - зрелище было вполне привлекательным, а потому, чуть пригладив растрепавшиеся за день волосы, спешно отчалила навстречу кузену и приключениям.
На все приготовления ушло даже меньше двадцати минут, и вот она уже стояла там же, где некоторое время назад они с Дэвидом условились встретиться. Его самого еще нет, но камера уже включена, настроена и опробована на забавно освещенной массивной двери в класс. Долго ждать спутника, впрочем, не пришлось - похоже, затея пришлась по душе кузена ровно так же, как и самой Эрике, так что времени он не терял.

- Ну наконец-то! - Дэвида встретил щелчок камеры, а после и сама Эрика подняла на него взгляд, делано закатив глаза, - Никакой в вас, парнях, ответственности, вечно тормозите невесть где. Оп, постой-ка чуть там, где стоишь, там свет на тебя прикольно падает.
Снова скрывшись за объективом, Эрика сделала еще пару фото и убрала камеру обратно в чехол. Дэвид обладал, по мнению Эрики, какой-то парадоксальной фотогеничностью. Ничего особенного в его совершенно пацанской внешности не было, но почти все фотографии, на которые он попадал, казались ей исключительно удачными. Как так выходило - сказать сложно, но кончилось все тем, что в какой-то момент на компьютере Эрики возникла папка, в которую она выгружала все снимки с его  унылым лицом или растрепавшимся затылком, которые  не шли в основную подборку ее снимков. Мысль рассортировать их периодически посещала ее белобрысую голову, но почему-то до этого никогда не доходило. Да и если бы дошло - где-то в глубине собственных мыслей Эрика чувствовала, что без стороннего мнения ничего толком не поудаляет, а показывать кому-то эти фото (да и вообще демонстрировать их существование) почему-то совсем не хотелось.

- Ну, двинули? - подмигнув кузену, уверенно зашагала вперед, легким прикосновением пальцев к запястью брата увлекая его вслед за собой. Оставалось только понадеяться, что ключ действительно был от чердака, и что вся их затея не накроется по каким-нибудь совершенно не зависевшим от них причинам. Впрочем, пусть бы даже и накрылась - что с того? Братец вполне явно заявил об отсутствии планов на сегодняшний вечер, а уж чем заняться вдвоем они найдут.

Отредактировано Erika Gilmore (2017-02-05 01:53:25)

+1

5

Исполненный жажды приключений, Дэвид сиял. Впрочем, в его исполнении это сияние, скорее, выглядело как огонь безумия агрессивного и полного. Он улыбался, скаля зубы, и бегал глазами из стороны в сторону, то и дело ероша собственные волосы, (хотя куда уж сильнее). В самой мысли о том, что он останется наедине с Эрикой в тёмном заброшенном месте, где когда-то какая-то девочка была убита, было что-то маниакально-дьявольское. И дьявольски романтичное. Конечно же, слово "романтика" в ассоциативном ряду Дэвида не промелькнуло, а если бы промелькнуло, он бы стушевался, нацепил бы обратно маску хмурого спокойствия и осел бы в комнате с мыслью "не очень-то и хотелось". Но ему хотелось, очень хотелось приключения. Особого приключения, не для всех, а для себя и кого-то очень-очень близкого. Ближе Эрики всё равно никого нет.

Он пулей залетел в комнату, оставил телефон заряжаться, спрятал за ухо и прикрыл прядью волос плотненько забитый косячок, сунул в карман зажигалку и так же пулей побежал обратно. В предвкушении почему-то очень хотелось по-мальчишески нелепо пританцовывать и подпрыгивать, втаптывая подошвами в пол как можно громче. Хотя, конечно, гордость и самообладание ничего подобного не позволяли. На входе в условленный коридор он и вовсе сбавил шаг, сунул руки в карманы и деловито нахмурился. В самом деле, не демонстрировать же болтливой и шумной девчонке какие-то там свои чувства, переживания и желания. Не дай бог ещё напридумывает себе невесть чего, а Дэвид ведь серьёзный парень, ему не до этих ваших детско-девичьих игр. А Эрика уже тут как тут, нацелила на него камеру. Дэвид всегда немного вздрагивает, когда она так делает. Неужели простые бытовые моменты действительно могут быть такими интересными, чтоб то и дело их щёлкать? И вот его-то щёлкать постоянно зачем? Непонятно. Ну да и чёрт с ним.

- Это не я торможу, это ты постоянно куда-то торопишься. - буркнул он наиграно недовольным тоном, неуверенно притормозив перед кузиной, пока та убирает камеру. - Двинули-двинули. Когда Эрика коснулась его руки, по телу пробежали мурашки. Какая же она всё таки удивительно мягкая и тёплая. Удивительно настоящая и живая. Казалось бы, девчонка как девчонка, ничего особенно выдающегося, даже сисек, если сравнивать с иными, кот наплакал. Но именно её почему-то всегда хочется узнать ещё чуть получше. Именно с ней хочется влипнуть в авантюру, подобную этой. Именно с ней хочется поговорить подольше и как можно дольше не расходиться по комнатам как назло раздельного общежития.

Хотя, да ну их, эти мысли дурацкие. Неважно, разберёмся с ними как-нибудь потом. Они уже вовсю топают по лестнице на самый верх. Вроде бы тихо, вокруг никого. И очень атмосферный полумрак. Если бы происходящее было компьютерной игрой, сюда бы на фон музыку, вроде той, которую время от времени Дэвид пишет.

- Телефон достань на всякий случай. Свет пригодится, а мой разрядился.
И вовсе он не напуган. Даже не тревожится. Ну что может случиться? В худшем случае столкновение нос к носу с кем-то из учителей на обратном пути и штрафное дежурство. Нет, не напуган и не тревожится, просто осторожничает.

+1

6

Дверь на чердак, похоже, и вправду застала еще бабушку. По сравнению с безукоризненно вылаченными деревянными дверями остальных школьных помещений, эта была похожа на одинокую и отчаянно дряхлеющую полусумасшедшую старуху-отшельницу. Отчаянно ржавеющие петли, царапины и неровности на деревянной поверхности особенно явно выделялись в полумраке комнатушки, где она с кузеном сейчас находила, а шум уже начавшего накрапывать дождя определенно дополнял атмосферу.

- Ой, будто бы без тебя не додумалась, - недовольно хмыкнула Эрика, выуживая телефон из кармана пиджака школьной формы. Пара нажатий на сенсорный экран, и в помещении значительно прибавилась света. И телефон, и почти компьютер, и фонарик... А швейцарского ножа в нем случайно нет? Придерживая телефон левой рукой, правой Эрика выудила из кармана ключ, который выглядел в точности так же потрепано, как и дверь. Было даже что-то почти волшебное в моменте единения двух потерянных во времени вещей...

- Да давай же ты, ну! - то есть, могло бы быть, если бы забытый всеми ключ не пролежал на забытой всеми книжной полке настолько долго, что не забыл сам, что, вообще-то, открывать дверь - его прямая обязанность. А пока что Эрике оставалось только ворчать и чертыхаться, пытаясь прокрутить его в неподатливой замочной скважине. Думать о том, что ключ мог быть и вовсе не от этой несчастной старухи-двери, очень не хотелось, и потому Эрика с небывалым упорством пыталась совладать с замком. Пришлось даже пару раз легонько шлепнуть кузена по ладони. Ишь чего удумал - ключ нашла она, так что и дверь открывать ей. Эрика не собиралась уступать этот маленький миг славы.
...или ей просто хотелось эффектно распахнуть дверь чердака и второй раз за день торжественно пропеть "тада-ам!", чтобы опять поймать этот полный воодушевления взгляд (будто направлен он был не на дверь, а на нее саму). Мысль была настолько неудобная и смущающая, что Эрика особенно резко шлепнула в очередной раз очень несвоевременно протянутую руку Дэвида и цыкнула на него. Какие же глупости иногда возникают в ее голове, и как хорошо, что об этой стыдобе никто не знает!

Потянув дверь на себя, Эрика все же сумела провернуть ключ в скважине, хотя издавал он при этом совершенно тоскливый и жалобный звук. В какой-то момент приглушенные голоса, раздающиеся откуда-то снизу, заставили ее резко вытянуться по струнке, спрятать телефон в карман, и нервно приложить указательный палец к губам. Где-то с минуту она так и простояла, а потом, когда голоса смолкли где-то вдалеке, вернулась к двери.

- Ага! - сделав последний поворот ключа в замке, довольно просияла Эрика, уперев руки в бока и гордо подняв голову, - И, заметь, совершенно без твоей помощи!
Правда, и это была не последняя преграда на их пути. Распахнуть дверь с радостным "тада-ам!" Эрика очень хотела, но у нее ничего не вышло - похоже, дерево с годами набухло, и была не только закрыта на проржавевший замок, но и застряла сама в себе. Потолкавшись в нее несколько раз, Эрика вынуждена была сдаться и, отстранившись, устало вздохнуть.

- Да что ж  такое-то... - рука, которой она теребила собственные волосы, опустилась на плечо Дэвида, - А ты чего тут стоишь и отлыниваешь? Ну-ка поднажми, если ты не будешь лениться, мы ее мигом откроем! Какие ж вы все лентяи... Давай-ка на счет три: раз, два... Иии три!

Синхронно влететь в застрявшую дверь плечом было хорошей идеей. В итоге она все же поддалась и распахнулась, но...

- Тада-ай! - сделать это красиво не получилось. Дверь, будто насмехаясь над ребятами, распахнулась так легко и резко, что они, влетев в комнату, не удержались на ногах и повалились на пол.
За запылившимся окошком уже вовсю капал дождь. Очень, очень крупные дождевые капли.

Влетать лбом в пол страшно, так что Эрика зажмурилась. А когда осторожно открыла глаза, тихо радуясь тому, что не расквасила нос, чуть было не потеряла равновесие во второй раз. Ей повезло чуть больше, чем кузену, который упал прямо на пыльный пол - ей удалось удержаться на четвереньках... прямо над ним. От едва ощутимой теплоты его дыхания на коже Эрика, кажется, сначала побледнела, а потом, густо покраснев, пулей подскочила на ноги. Сердце колотилось в груди быстро и сильно, а сама она ощущала чудовищное смятение. Но ей было не до поиска природы этих чувств - они все же проникли на чердак, и, что гораздо хуже, испачкались в пыли.

- Ух, я ж говорила, что получится, - спрятав смятение за недовольно поджатыми губами, Эрика помогла подняться на ноги кузену, - Только мы теперь все в пыли, фу, сколько ее тут!

+1

7

Пока Эрика, кажется, обезумевшая от воображаемых лавров первооткрывателя двери, недовольно пыхтя пыталась одновременно удержать в руке телефон-фонарик и совладать с проржавевшим замком, Дэвид, саркастично ухмыляясь на такую картину, выудил из-за уха своё маленькое сокровище и чиркнул зажигалкой. Нужно больше волшебной атмосферы! Когда трава зашла, на мгновение ему показалось, что он слышит какие-то шаги и голоса, но он привык не поддаваться излишней паранойе и панике. Мистические звуки быстро слились в тихую волшебную музыку на фоне. А Эрика всё сражалась с дверным замком. Дэвид уже скурил больше половины и протянул, было, руку, предлагая свою помощь, но эта дурында оказалась крайне тверда в своём намерении кому-то что-то доказать и справиться самостоятельно. На третий раз, когда косяк был окончательно докурен, шлепок по руке был почти болезненным.

- Да господи ты боже мой, зачем меня-то было звать, если хочешь всё сама? - проворчал Дэвид, потирая руку. Хотя, как сказать, проворчал. Скорее, монотонно прогундосил, демонстрируя не столько неприятие, сколько непонимание, зачем так бурно реагировать. - Расслабься и не нервничай, сестрёнка.

Та, в свою очередь, дёрнулась, шикнула и затихла, вслушиваясь в тишину. Возможно, Дэвиду не показалось изначально, и какие-то голоса вдалеке действительно были. Впрочем, очень скоро они стихли, и внимание обоих снова оказалось приковано к двери. Ключ, слава богу, подошёл, с замком покончено. Дэвид в ответ на сестринское бахвальство только закатил глаза. Совершенно без его помощи за немыслимо долгий для такого дела промежуток времени, ага. Вот если бы Дэвид открывал дверь, это заняло бы не больше минуты, да-да! Правда, теперь возникла проблема с тем, как бы отпертую дверь выбить. То ли заело её, то ли притёрлась. Тут пришлось закатить глаза ещё сильнее. С тех пор, как они с Эрикой увидели друг в друге адекватных людей и сдружились, эта девчонка всякий раз умудрялась поражать своей невыносимой наглостью. То есть, когда он помощь предлагает, может и по руке шлёпнуть, а когда "ладно, давай сама" - так он, значит, стоит и отлынивает? Ну хорошо-хорошо, смотри у меня, зараза!

По счёту три Дэвид с силой толкнул плечом дверь синхронно с Эрикой. Видимо, очень расстарался. Дверь, будто бы специально, отворилась вообще безо всякого усилия. В полёте Дэвид даже не успел выругаться, слишком быстро всё случилось. Бух! Он растянулся на полу, едва успев подставить локти, чтоб не удариться головой. А Эрика, так же не удержавшая равновесие, практически лежит на нём. Опасно-опасно близко. Приятно-приятно тепло. Не будь Дэвид сейчас накурен, он бы поймал себя на мысли, что ощущать некое лёгкое напряжение в штанах, когда сверху нависает не абы кто, а двоюродная сестра, это, вроде как, странновато и не очень правильно. Хотя, в любом состоянии стоит признать, что это было занимательное переживание. Которое, впрочем, долго не продлилось. Эрика быстро вскочила, усиленно делая вид, что ничего не произошло. Дэвид, в свою очередь, пару раз сдавленно чихнул от поднявшейся пыли, и тихонько рассмеялся, поднимаясь вслед за кузиной. Определённо, стоит признать, что в каком-то смысле она действительно милая.

- Да уж. Они тут, что, лет десять не убирались? А, точно, хе-хе.

+1

8

В комнате в самом деле было до невозможности пыльно. Спертый, влажный воздух насквозь пропах этой пылью и разъеденным временем деревом, из которого здесь сделана немногочисленная мебель. От влаги грязь на полу склеилась, цепляясь за одежду студентов целыми ошметками и создавая ощущение, что оттереться от этой дряни будет совсем непросто.
В комнате темно: на улице и так пасмурно, а подернутые пыльным налетом окна пропускают так мало света, что едва можно различить скромное убранство помещения. Это по-своему странно: ведь говорили, что погибшая девочка была баснословно богата, но нигде нет ни единого следа былой роскоши, будто бы наводя на закономерный вопрос: а была ли она, эта роскошь?
У самого окна стоит письменный стол. Просторный, широкий, он разместил на себе писчие принадлежности и несколько тетрадей, аккуратно сложенных одна под другой на самом его углу. В столе три ящика: два откроются легко, продемонстрировав гостям такой же бесхитростное учебное барахло, а третий – закрывается на ключ, который еще только предстоит отыскать.
По левую руку от входной двери – одна кровать и несколько полок над ними. На полках книги, учебники стоят ровно и аккуратно, будто только вчера рука педантичной отличницы их там разместила. На постели – ни белья, ни подушки с одеялом. Похоже, их вынесли из комнаты прежде чем ее закрыть навсегда.
По правую руку от двери мебели больше: большой просторный шкаф и еще одна такая же постель. Шкаф старый, скрипучий, сохранивший в себе не только отголоски винтажного прошлого, но и все одежды живших здесь когда-то девочек. Зловещим напоминанием о трагичности случившегося – истрепанное временем платье на вешалке, закрепленной поверх дверцы шкафа. Оно столь же прекрасно, сколь и жутко: как платье похороненной невесты – платье не дожившей до выпускного школьницы.
Напротив окна, по правую руку от двери, в которую влетели неаккуратные студенты, осталось трюмо. Большое, в половину роста зеркало над ним завешано тряпьем, но если его сорвать, можно обнаружить, что оно разбито. В самом трельяже два выдвижных ящика и немного вещей на столешнице: расческа, гребень, какая-то давно высохшая косметика.

+3

9

Произошедшая неловкость быстро отошла на второй план, и Эрика вполне дружелюбно хихикнула, вторя кузену.

- Дольше, - короткий ответ прозвучал вполне благодушно. Эрика бесшумно прикрыла дверь, не проталкивая ее в дверной проем слишком уж глубоко - хватило им того, что они извалялись в пыли, пробиваясь в комнату. Теперь к затхлой сырости прибавилась еще и кромешная темнота, которую пересекала только узкая полоска света, пробивавшаяся из крохотной щели у пола. Ничего, ради такой возможности можно и потерпеть. Эрика достала из кармана телефон и, вновь включив фонарик, осмотрелась. То ли комнату уже обнесли, то ли старая директриса, при всем своем достатке, считала, что нечего баловать дочь, но выглядело помещение уж слишком аскетично. Отряхнув свою форму насколько это возможно, и подсобив Дэвиду с пылью на спине, Эрика вложила телефон в руки брата.

- Подержи, я с камерой разберусь, - от экрана, на который она пристально смотрела, исходил слабый холодноватый свет. Эрика то задумчиво переключала кнопки, то примерялась к окружающему пространству, прежде чем навела объектив на кузена. Черты лица Дэвида выглядели непривычно остро и резко, подчеркнутые густыми тенями, и это казалось ей, как минимум, интересным, - Тебе с таким лицом только вести какую-нибудь детскую передачу со страшными историями.

Негромкий смешок, щелчок затвора.

- А теперь то, зачем мы сюда вообще пришли, - Эрика и сама не заметила, как заговорила почти шепотом, будто хозяйки комнаты могли их услышать. Первым ее внимание привлекло платье, до сих пор ожидавшее дня, когда его почившая хозяйка выйдет в нем на уроки. Следующим в объектив попало громоздко и почти грозно занавешенное истлевшими от времени и сырости тканями трюмо. Сбрасывать материю не хотелось - нет ничего хуже зеркал в темном помещении, особенно если несколько десятилетий назад здесь кто-то умер. Особенно так.

Полка с книгами. Щелк, щелк.

Рабочий стол. Щелк, щелк.

Эрика старалась ступать бесшумно, но то и дело скрипела половицами или сталкивалась с братом. За окном накрапывал дождь, а здание опустело, но даже если кто-то и оставался здесь, то вряд ли возня двух школьников вообще донеслась бы до его ушей. Но это все снаружи - а здесь, внутри затхлой и мертвенно-сырой комнаты под крышей даже дыхание, казалось, было непростительно шумным. Запал Эрики как фотографа достаточно быстро пропал - здесь было совершенно не то освещение, чтобы делать красивые художественные снимки. Вместе с тем, покидать комнату не хотелось. Сюда она шла с твердым намерением "просто посмотреть", но  теперь было понятно, что простая обзорная экскурсия ее любопытства не удовлетворит.

Эрика быстро пролистала сложенные в стопку тетради. Часть страниц превратилась в труху, слиплась и заплесневела, а на тех, где чернильные буквы поплыли не так сильно, и можно было даже разобрать отдельные слова, аккуратно были записаны учебные конспекты. Эрика усмехнулась, чувствуя как будто бы протянутую сквозь время солидарность с мертвой школьницей. Сколько уж лет прошло, а здесь все так же слова замирают кругами да закорючками на тетрадных листах.

Интересно, если какой-нибудь другой девочке случится найти лет через сто ее тетради, будет ли она чувствовать что-то подобное? Или только подивится - как же, мол, плохо они жили в своем две тысяча девятнадцатом, что писали от руки?

Скрипнула половица от поступи Эрики. Скрипнула дверца шкафа - на второй держалась вешалка, с которой свисало изъеденное молью и временем платье. То ли звук, то ли прилив относительно свежего воздуха потревожил мошкару, тут же взвившуюся в воздух.

- Ого, тут даже одежда осталась, - обратилась Эрика к кузену. Судя по очертаниям - почти все платья были школьной формой тех лет. Трогать их Эрика не решилась - плесени, мошкары, да и просто грязи на них было даже больше, чем на наряде, висевшем снаружи. Подождав, пока и Дэвид увидит находку, Эрика постаралась по возможности тихо прикрыть дверцу шкафа. Шкаф был с этим не согласен и издал до того жалобный и протяжный скрип-стон, что гостья заброшенной комнаты поморщилась.

- Извини, приятель, не хотела тебя тревожить, - смешливо шепнула она в сторону шкафа. Эрика и сама не очень понимала, храбрится ли сейчас, или действительно почти верит в то, что ее слышат. Если где и водилось в мире волшебство, то именно в таких местах. Время, казалось, наделяло рукотворное силой, неподвластной пониманию простых школьников. И с этой силой хотелось считаться даже больше, чем с гипотетическим нагоняем от учителей.
Не похоже, чтобы Эрика и Дэвид были бы здесь желанными гостями. С другой стороны, этот абсолютно чуждый, замкнутый мир никак не давал им знать об обратном. Шуметь, впрочем, все равно больше не хотелось.

Эрика на цыпочках вернулась к столу, чтобы аккуратно выдвинуть один из ящиков. Проржавевшие до основания перьевые ручки, разлившаяся баночка чернил, сгнившая бумага и заплесневевшие тетради. Во втором примерно то же. А третий и вовсе не открывался.

- Ну как, у тебя есть что интересное? - тихо спросила она Дэвида, чьи возня и скачущий туда-сюда луч света позади приятно нарушали гнетущее безмолвие этой мертвой комнаты.

Отредактировано Erika Gilmore (2017-02-09 21:01:24)

+2

10

- Оно и видно, ага... - саркастично покивал Дэвид, чуть улыбаясь нелепым оскалом. Он стоял посреди комнаты, хлопая глазами, ероша волосы у себя на затылке, машинально всматриваясь в окутанный полумраком силуэт кузины.

Однако, зачем мы сюда пришли-то вообще? Не просто же так в грязи поваляться и по сторонам поглазеть. Тут нужен детальный осмотр! Вот только с чего бы начать? Пока Дэвид теребил затылок, ища, за что бы необычное зацепиться взглядом. Правда, разглядеть что-либо вообще было проблематично, пока Эрика не достала телефон. Дэвид невольно поёжился, благо Эрика стоит к нему спиной и не может наблюдать такое щекотливое проявление эмоций. Наверно, все заброшенные места обладают свойством быть жуткими. Есть что-то пугающее в месте, которое люди по каким-то причинам сознательно решили оставить. Чердачная комната в старшей школе Айоры тому не исключение.

- Пожалей бедных детей, это была бы психотравма на всю оставшуюся жизнь. - отмахнулся Дэвид, но мешать себя фотографировать не стал. И даже подсвечивал прочие места, на которые Эрика наводила объектив. Однако, они оба быстро поняли, что всерьёз что-то фотографировать здесь нереально. А значит пора всерьёз браться за работу. Никто ведь не будет против, если они тут немного пошуршат по углам, нащупывая прошлое. Никто даже не узнает, если всё сделать грамотно. И пока Эрика полезла изучать ящики, Дэвид занялся книжной полкой, наскоро пролистывая и ставя на место каждую книгу. Шух - с тихим шелестом полетела вниз какая-то старая фотография. Дэвид неправдоподобно лихим жестом поймал её в воздухе. За годы фото подвыцвело и покрылось тёмными пятнами, но всё равно можно было разглядеть девушку.
- Сестрёнка, зацени! По ходу, она. Вроде очень даже симпатичная. Была... - он поднёс фото Эрике, подсвечивая телефоном. Конечно, разобрать по фото, насколько именно девушка на фото была симпатичная, возможности не было, слишком уж фото затёрлось от времени. Но некое внутреннее чутьё подсказывало Дэвиду, что действительно была. Интересно, вдруг потому и убили?

- Ну кто же так шкафы осматривает? - язвительно скривился Дэвид, когда Эрика брезгливо прикрыла шкаф обратно, наделав, казалось, столько шума. - Смотри, как надо - уж его-то не испугают пропахшие сыростью и пылью девичьи тряпки. Нет, не испугают плесень и паразиты. Вовсе не испугает душная темнота за дверцей шкафа. Да чёрт возьми, Дэвид вовсе не удивится, если обнаружит под тряпками чьи-нибудь покрытые коркой тлена кости. Но до чего же сама эта мысль стрёмная! Бррр... Спокойствие, только спокойствие. Ты же мужик, мужики такой фигни не стремаются! Поехали. Ну да, откуда тут костям взяться? Если чьи-нибудь останки когда-нибудь в этой комнате и бывали, не считая останков покойной школьницы, то всё ещё давно вынесла полиция. Хотя потрёпанные временем шмотки всё равно выглядят жутковато. При внимательном осмотре ничего дельного не обнаружилось, не считая пары туфель под висящей одеждой. Дэвида это слегка разочаровало, он закрыл шкаф. Хотя не очень ловко - висевшее снаружи платье глухо осело на пол. Хотя Дэвид на это внимания не обратил.

Его вниманием завладело занавешенное зеркало. В фильмах ужасов обычно под тряпками ничего радостного не обнаруживается. Но Дэвид был настроен решительно. Чудовищно любопытно, а атмосфера требует острых ощущений. К тому же, если есть, чего пугаться, то из них двоих испугается Эрика, а Дэвид же мужик! Он, если что, просто чуть-чуть вздрогнет, никто и не заметит. Он торопливо скинул тряпки. В таких делах, что ни найди, ото всего вздрогнешь. Будто пугаешься самой возможности испугаться. Дэвид, рефлекторно сделав шаг назад, вздрогнул. Чуть-чуть. Эрика наверняка не заметила. А зеркало оказалось разбито. Свет фонарика в телефоне отразился от множества чешуек помутневшего от времени битого стекла. Если даже его тогда решили оставить тут навсегда, то у старой директрисы очень специфические представления о доброй памяти к мёртвым. Мёртвая девочка, битое зеркало - всё вокруг, да и сама история, будто бы насквозь пропитано какой-то загробной дичью.

- Как видишь, пока ничего. - на выдохе быстро проговорил Дэвид, отводя взгляд и старательно напуская на себя вид полной невозмутимости. - Что-то интересное, думается мне, лежит в том запертом ящике. Не просто же так он заперт аж с тех пор...

+2

11

Книги, которые Дэвид так и не долистал, сохранили один секрет, затянутый в рукодельный тряпичный переплет трудноразличимого во мраке комнаты цвета. Под ярким светом фонарика можно было бы отличить темно-изумрудный корешок, тоньше всех прочих, расположившихся на полке.
Фото, найденное им, было не таким уж и старым, как показалось мальчишке. Обычная фотобумага, но чуть выцветшее фото, еще при жизни своей хозяйки облитое чаем, выглядело чересчур загадочно, чтобы всерьез рассматривать изображенную там девушку. А она в самом деле хороша собой: светлые волосы, зеленые глаза, красивая фигура. Девочка на фото при ближайшем рассмотрении окажется ребятам очень знакомой - они определенно где-то видели ее, а может даже и хорошо знакомы. Хотя, конечно, тяжело признавать в фото давно почивший школьницы кого-то знакомого.
На обороте фотографии дата и короткие слова: 19 ноября 2006 года. "Не думай об этом. Я скучаю по твоей улыбке", - просит неизвестный даритель. Почерк неровный - изучив эти надписи, Эрика, посмотревшая на тетради погибшей девочки, безошибочно определит, что писал кто-то другой.

Повинуясь неловким движениям, платье рухнуло на пол, а вешалка, оставшаяся висеть на дверце, громко и звучно ударилась деревянными плечиками о шкаф. Не услышать такой звук смог бы только глухой - впрочем, настолько же глухой, насколько и тот, кто прежде не услышал, как ребята ввалились в запретную комнату.
Мошкара, поднявшись в воздух, устремилась к источнику света - несколько назойливых мушек заметались перед вспышками телефонов, создавая и без того жутковатому месту совсем особенную ауру.
Стало прохладнее - будто кто-то пустил холодный воздух по ногам. Усилился дождь за окном, отбивая по стальному карнизу глухой ритм, чем-то неуловимо похожий на похоронный марш.

А уж стоило ребятам на мгновение отвернуться от разбитого зеркала над трюмо, так неосмотрительно освобожденного от темной ткани - как в нем немедленно мелькнула какая-то тень, промчавшись от шкафа к кровати под книжной полкой.
И это же... просто игра света, да?..

+3

12

Слегка оторопевшая от резкого и громкого шума, с которым вешалка стукнулась об дверь шкафа, Эрика сделала глубокий вдох. В короткий миг где-то между грубо нарушенной тишиной и вновь воцарившимся безмолвием, она ощутила мимолетное, но вполне четко сформулированное желание. Выбежать отсюда. Закрыть дверь. Мир за дверью светлый и живой, там безопасно.
Стоп! Тихо вздохнув, Эрика сумела обратиться к доводам разума, и они все сводились примерно к одному: "здесь скорее интересно, чем страшно". К тому же, она здесь не одна, Дэвид вот...
Дэвид!

Эрика вскинула руку, и, издав звук, напоминавший не то вскрик, не то писк детской игрушки, все же не успела остановить кузена. Он, не в пример решительнее, чем сестра, сделал то, что она делать не стала - сорвал тряпье с зеркала.
Эрика вздрогнула, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

- Ты чего творишь? - голос ее звучал скорее встревоженно, чем недовольно, пока сама она напряженно вглядывалась в собственные искаженные разбитым зеркалом черты. Тусклое отражение словно бы ей не принадлежало, а в дергающемся свете телефона искажалось до того причудливо, что выносить долго это зрелище было невозможно. Эрика словно бы примерилась, сделав маленький шаг назад.
Отражение не изменилось. Все такое же странное.

Эрика резко развернулась, выхватив у кузена свой телефон. С источником света в руках было как-то спокойнее, но отогнать от себя тревогу, стоя лицом к разбитому зеркалу, было невозможно. И Эрика решила вернуться к книжным полкам, пусть их уже, вроде как, перетряс кузен. Эрика сделала шаг в сторону...

А?

Должно быть, показалось.
Оно и немудрено - рано или поздно, здесь начало бы что-то чудиться, да и придурок-брат зеркало открыл. В таком месте и с таким освещением - ужасно глупая идея. Нельзя давать атмосфере этой комнаты возобладать над здравым смыслом.

На кровати лежала оставленная Дэвидом фотография, на которой была запечатлена, видимо, старая хозяйка комнаты. Черты девушки (и впрямь довольно миловидной) слабо угадывались даже под бьющим в упор фонариком телефона. Кое что однако показалось Эрике достаточно любопытным.
- Эй, я тут придумала кое-что забавное, - голосом, предвещавшим еще одну такую-то авантюру, Эрика обратилась к кузену, - Мы можем наделать копий этой фотки, раскидать их по школе, а потом я чуть припудрюсь до мертвенно-бледного, приоденусь, и можно будет ходить по общаге ночью, пугать народ. Вот все переполошатся-то, а!
Хихикнув собственной задумке, которая, вроде как, чуть отогнала напряжение, она перевернула фото. Надпись, сделанная неровным, размашистым почерком, заставила ее тоскливо улыбнуться. Тот, кто скучал по улыбке Айоры (наверняка не менее сияющей, чем у самой Эрики), в один момент был вынужден расстаться с ней навсегда. Грустно это.

Фотография бережно легла в карман пиджака. Эрика неспешно прошла к концу дальней полки и негромко хмыкнула. Из всего разнообразия монотонно чередующихся книг выбивалась одна - маленькая, тоненькая, и то ли совсем старая, то ли и вовсе сделанная теми самыми школьницами, что когда-то здесь обитали. Поди еще личным дневником окажется. Вряд ли, конечно, в таковом нашелся бы страшный секрет, который стоял за убийством девочки - тогда бы дневник не стоял здесь, а лежал где-то в полиции. Но в любом случае было интересно.

Бух!

В Эрику будто с размаха кто-то впечатался. Телефон выскользнул из рук и полетел на пол. Не разбился бы - слава техническому прогрессу и силиконовым футлярам с отступом от экрана. Вот только сама Эрика от неожиданности пошатнулась и ногой отправила свое чудо техники в недалекий, но неприятный полет. Единственный источник света остановился где-то под кроватью, освещая исключительно ноги незваных гостей.

- Твою мать, ты что делаешь? Совсем головой тронулся, придурок? - книжка в руках вдруг стала волновать воспылавшую праведным гневом девочку гораздо меньше. Ну в самом деле, нашел время и место для игр! - Какого хрена ты толкаешься, а?

Эрика аккуратно опустилась на колени, продолжая под нос ругать братца словечками разной степени бранности. Черт с колготками - отстирать их не проблема, а вот пачкать форму еще сильнее не хотелось. И уж тем более не хотелось прислоняться лицом к массивному слою сырой пыли на полу. Так что телефон искать Эрике приходилось вслепую, шаря рукой под кроватью. Покоя, как можно понять, это отнюдь не прибавляло - то и дело в голову приходила навязчивая мысль о том, что сейчас ей пожмут руку. Или не пожмут, а просто схватят и утащат за нее куда-то.

- Чего стоишь-то? - нервно буркнула Эрика, как-то излишне крепко прижимая к себе книгу незанятой рукой, - Я из-за тебя его уронила, уж будь любезен, помоги его достать. Он, похоже, куда-то глубоко закатился...

Отредактировано Erika Gilmore (2017-02-14 02:44:24)

+3

13

От вида перепуганной кузины Дэвид ощутил лёгкий прилив сил. Пусть зеркало, мягко говоря, озадачило его самого, и в глубине души окрепло липкое чувство некого постороннего (или потустороннего?) присутствия, но когда рядом есть напуганная девочка, кому, как не Дэвиду играть роль бесстрашного героя, охотника за тайнами и борца с нечистой силой? Нечего бояться, когда в своих собственных глазах ты выглядишь таким крутым.
- А чего? Это же просто старое зеркало. Кто-то же должен был посмотреть. Мы же в фильме ужасов! - пояснил свои действия Дэвид. Справедливости ради, фильмы ужасов только в таких комнатах и снимать. Эрика, по всей видимости, прониклась атмосферой страха гораздо сильнее и героиней себя явно не ощущала. Телефон она отобрала настолько судорожно, что Дэвид его чуть не уронил. И если бы не вцепилась в него изо всех сил, то блики света наверняка ходили бы ходуном. Что только добавило бы комнате зловещей мистики. Хотя в итоге, кажется, кузина всё-таки взяла себя в руки.

- Не-не, ерунда. То есть, нарядить тебя и пугать народ - не ерунда, а вот если копии фото делать, то все сразу поймут, что это чей-то розыгрыш...

Закончить мысль Дэвид не успел. Сначала Эрика вскрикнула, потом резко пропал источник света. Смелость и ощущение собственной непоколебимости тоже куда-то стремительно улетели.
- Чего несёшь? Я вообще здесь стою! Делать мне больше нечего, толкаться! - возмущённо воскликнул Дэвид, кидаясь к кровати. - Что, нервишки сдают? Держи себя в руках, а?
Пришлось согнуться в три погибели, чтоб краем глаза заглянуть под кровать. Глубоко же улетел, зараза. Дэвид брезгливо поморщился, ощущая, как клок липкой пыли прицепился к волосам. Пока он шарил рукой под кроватью, обмазываясь пылью и пытаясь дотянуться до злополучного телефона, чувство нарастающей тревоги едко забурлило в груди с новой силой. Нет, это какая-то ерунда. Мы не в фильме ужасов. Мы не в фильме ужасов. Мы не в фильме ужасов! Тут нет и не может быть никого ни постороннего, ни потустороннего. И Эрика, трусиха несчастная, сама себе чего-то придумала, сама себя напугала и уронила свой дурацкий телефон. По-другому же и быть не может!
Но от чувства тревоги так просто не избавиться. Сердце колотится, по низу веет холодом, а неведомая опасность в буквальном смысле ощущается спиной. Скорее бы ухватить чёртов гаджет и убедиться, что всё это просто игра воображения. В конце концов, если станет реально страшно, можно же просто рвануть к двери и вернуться в следующий раз, хорошо подготовившись. Господи, ну на кой понадобилось сюда идти? Дэвид, благо, заметить этого со стороны было невозможно, кажется, всерьёз перепугался. Ещё бы чуть-чуть...

Да! Он вскочил на ноги тяжело дыша, отправляя луч света по комнате. Менее жуткой она от этого не стала. Липкое чувство чего-то в тенях никуда не ушло. Но за спиной никто не стоит, и на том спасибо.

- Ха! Вот что бы ты без меня делала? - отдышавшись бравировал Дэвид, гордо демонстрируя кузине телефон. - И, ты знаешь, пусть он лучше у меня пока побудет. А то опять уронишь.

+1

14

А вот когда Дэвид, ругаясь и возмущаясь, бросился непутевой кузине на помощь, Эрика ощутила, как мурашки стройными рядами маршируют по спине. Он пришел из противоположного конца комнаты... И голос его доносился оттуда... Тогда, скажите, как он мог толкнуть ее, стоя там? Дорогой братец стал эспером и толкает ее при помощи своих сверхъестественных способностей? Ну да, а директор у них лысый, рассекает школу в инвалидной коляске, и умеет читать мысли, очень правдоподобно.
Примерно так же правдоподобно, как то, что где-то в тенях незримо прячется нечто, как в осколках зеркала мелькает нечто, как вся комната пропитана этим нечто... Стоп!

Усилием воли Эрика буквально заставила себя прекратить накручивать панику. Тем более, что пока она сидела на коленях, устремив напряженный взгляд в темень, Дэвид уже успел достать телефон и подняться на ноги, недоуменно поглядывая на Эрику. Та, чтоб уж совсем не терять лицо, спешно поднялась, отряхивая перепачканные колени, юбку, и вообще все подряд, словно бы пытаясь протянуть еще немного времени. Оно и немудрено - такие действия Эрике всегда давались с трудом, и сейчас ей нужно было собраться с силами и...

- Эмм... Ну... Наверное, ты и правда ничего не делал, и я просто споткнулась, - Эрика выдавливала из себя слова с явным усилием, а отстраненно-напряженное выражение лица меньше всего походило на лицо того, кто признает свою неправоту, - И-извини...

Даже в неровно-контрастном освещении комнаты было отчетливо видно, как раскраснелось ее недовольное лицо. Эрика и сама чувствовала, как горят щеки, что смущало ее еще сильнее. Оставалось только время от времени смотреть на кузена с суровой непоколебимостью.

Интересно, что же все-таки страшнее: темная комната, полная таящихся в мрачных пыльных углах ужасов, или признание собственной неправоты?

- У тебя пыль в волосах, - недовольный тон Эрики и резкий взгляд никак не соответствовал тому, как она избавляла брата от налипшей грязи - немного неуклюже, но почти нежно. В какой-то момент тыльная стороны ладони коснулась щеки кузена, и Эрика отдернула руку, словно бы ее ударило током.
Да, вот это ощущение точно было страшнее любых темных углов и комнат.

Однако, подобная разрядка явно пошла ей на пользу. Это место снова казалось почти обыкновенной темной комнатой. А едва ощутимое, но навязчивое и не прекращающееся ощущение взгляда в спину очень легко было списать на то, что в такой атмосфере тревога не пропадет никогда. Но и его было очень легко не замечать, когда сильнее, чем смущение, не чувствуешь сейчас ничего.

Дождь за окном накрапывал уже гораздо увереннее, но единственное окно комнаты было настолько грязным, что в нем не было видно даже стекающих капель. С каждым мигом молчание становилось все более напряженным, и ни разглядывание всего подряд, ни топтание на месте не помогали Эрике вернуть обстановке непринужденность.

- О! - возможность сменить внимание на что-то еще все это время в буквальном смысле была у Эрики под рукой, но ей понадобилось время, чтобы вспомнить про то, что в руке она, вообще-то, сжимает загадочную книжечку, под тканевой обложкой которой можно найти, наверное, много всего, - Я тут какую-то книжку нашла, посвети мне, а то не видно ничего.

+2

15

..бабушка велела избавиться от мысли, будто бы я могу быть хуже или лучше прочих.
"Знай свои сильные стороны, но не смей думать, что твои победы обесценивают старания людей, окружающих тебя".
Я никогда еще не чувствовала себя настолько ужасно, но бабушка, несомненно, права, и моя насмешка хотя и не несла в себе никакого порицания, была жестокой и несправедливой. Вину мою перед Анабель трудно загладить извинениями, хотя она и не знает о моих словах, и я не думаю, что рассказывать об этом было бы хорошей затеей.
Я подарила ей одну из своих заколок, чтобы хоть как-то загладить свой проступок, но отчего-то мне совсем не стало легче...


Большинство страниц в дневнике - как и предполагала Эрика, это был именно он - оказались вырваны. Корешок переплета из-за этого смялся, выдавая опустошенной добрую четверть прежнего объема. Рваные края внутри и сейчас выдают акт произошедшего с дневником девочки вандализма, а местами выдраны страницы целыми блоками.

Сегодня приезжал брат. Мы немного прогулялись по городу, и видели Шелл с ее мамой. Обычно бойкая и веселая, она отчего-то и слова не сказала - и я не уверена, почему. Может быть, ей нравится брат?
В школе она совсем перестала со мной разговаривать. Я думаю позвать ее отдохнуть вместе после уроков и, конечно же, узнать в чем дело.
Брат привез мне бабушкин подарок - зеркало из той же коллекции. Если есть в этом мире что-то прекрасное, то это определенно слоновая кость, усыпанная рубиновой крошкой! Оно потрясающее.


Но какие бы секреты ни скрывал прежде этот дневник, очевидно, все самое интересное из него изъяли. Особенно пострадала вторая половина, как раз от осени 2006 и до тех самых трагических событий. Кому и зачем это вообще могло понадобиться?..

Мошкара заметалась перед фонариком в необъяснимом отчаянии, а через несколько секунд все мошки пропали, будто и не насекомыми они были, а большими танцующими на свету пылинками. За окном сверкнула молния, отразившись смутными неяркими отсветами по всей комнате, прогремел запоздалый гром, усилился пуще прежнего дождь. И больше - совсем ничего необычного.

0


Вы здесь » St. Ajora Private School » Сюжетные эпизоды » Dance of Pearls


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC